Один человек, собираясь совершать ритуальное омовение в реке, спросил у Ходжи Насреддина:
– Что говорят хадисы – в какую сторону повернуться мне во время омовения? В сторону Мекки или в сторону Медины?
– Повернись в сторону своей одежды, дабы не украли воры… – ответил ему Ходжа.


Молла Насреддин и Тимур

ЗАБОТА МОЛЛЫ

Как говорит предание, однажды Моллу Насреддина назначили правителем того города, в котором он жил. Через два дня после того, как он приступил к своим обязанностям, стражники поймали двух воров и привели к нему. Одного поймали ночью, другого — днем. Молла расследовал дело, и того, кто воровал ночью, освободил, а того, кого поймали днем,— посадил в тюрьму. Хозяин того дома, где вор совершил кражу ночью, пожаловался Тимуру, что Молла вел дело несправедливо. Тимур прислал Молле приказ: поймать вора, совершившего кражу ночью, и как следует наказать. Молла получил этот приказ, прочел его и подумал: «Наверно, законы изменились, а я этого не знаю». Он поймал этого вора и посадил в тюрьму, а того, который воровал днем, освободил, украденные им вещи он отобрал у хозяина и отдал вору. На сей раз, этот хозяин пришел к Тимуру жаловаться на Моллу. Тимур рассердился и вызвал Моллу к себе.
— Что ты делаешь? — спросил он.— Почему ты освободил этого вора?
— По твоему приказанию,— ответил Молла.
— Как по моему приказанию? — еще больше рассердился Тимур — Когда я писал, чтобы ты освободил его?
— Слава повелителю! — сказал Молла.
— Один из воров совершил кражу днем, другой — ночью. Еще со времен наших предков мы знаем: воруют всегда ночью, а днем — никогда. Поэтому тот, кто ворует днем, нарушает и законы и обычаи. Вот я и посадил в тюрьму того, который совершил кражу днем, и выпустил пойманного ночью. Потом я получил за твоей подписью приказ: нужно поймать и посадить того, кто воровал ночью. Я и подумал, что законы, наверно, изменились. Поймал того, кто воровал ночью, а пойманного днем — освободил. Тимур совсем разгневался:
— Сейчас же иди, поймай и этого.
— О, повелитель! — возразил Молла.
— Это же несправедливо! Если нельзя воровать ни ночью, ни днем, то, что же им, беднягам, остается? Когда же им заниматься своим делом?