Погонщики мулов

Абд-аль-Кадир пользовался такой необыкновенной известностью, что мистики всех вероисповеданий стекались к нему толпами.
В его приемном зале, всегда переполненном людьми, неизменно соблюдался высший этикет, и царило почтительное уважение к традиционным обычаям.
Благочестивые посетители придерживались в своих отношениях строгой иерархии: ранг каждого определялся его личными достоинствами, возрастом, репутацией его наставника и тем положением, которое он занимал в своей общине.
Кроме того, они немало соперничали друг с другом в том, чтобы как можно больше обратить на себя внимание султана учителей, Абд-аль-Кадира.
Манеры его были безупречны. Невежественные или невоспитанные люди на эти встречи не допускались.
Но вот однажды три шейха: первый из Хорасана, второй из Ирака и третий из Египта — прибыли в Даргах со своими проводниками, неотёсанными погонщиками мулов.
Шейхи возвращались после паломничества в Мекку. В пути они были до последней степени измучены грубостью и несносными проделками своих проводников; одна мысль о том, что скоро они избавятся от этих мужланов, радовала их не меньше, чем предвкушение предстоящего лицезрения великого учителя.
Когда шейхи подошли к дому Абд-аль-Кадира, он, против своего обыкновения, вышел к ним навстречу.
Ни единым жестом приветствия он не обменялся с погонщиками мулов, но с наступлением ночи, когда шейхи в темноте шли в отведённые для них покои, они вдруг совершенно случайно стали свидетелями того, как Абд-аль-Кадир пожелал спокойной ночи их проводникам, а когда те почтительно прощались с ним, даже поцеловал им руки!
Шейхи были изумлены и поняли, что эти трое, в отличие от них самих, — настоящие суфийские Мастера.
Они последовали за погонщиками и попытались было завязать с ними беседу, но глава погонщиков грубо осадил их:
— Идите прочь с вашими молитвами, бормотаниями, вашим суфизмом и поисками истины. Тридцать шесть дней мы выносили вашу болтовню, а теперь оставьте нас в покое. Мы простые погонщики и ко всему этому не имеем никакого отношения.
Такова разница между скрытыми, но настоящими Мастерами и теми, которые только подражают им.

Нож и обезьяна

В чайхану вбежал взволнованный крестьянин
– Опасность! Нужно что-то делать! – кричал он. – Там обезьяна! В её лапах нож!
– Успокойся и не кричи, – послышался голос суфия. Мудрец сидел в углу чайханы, погружённый в раздумье. – Нож в лапах обезьяны совсем не то, что нож в руке человека. Бояться нечего.
Вскоре крестьянин увидел обезьяну снова. Она давно уже выбросила нож и забавлялась теперь другой находкой.