Несварение желудка

Некий человек пришёл к Бахауддину Накшбанди и сказал:
— Я странствовал от одного учителя к другому, и я изучил много Путей, каждый из которых дал много пользы и много всяких выгод. Теперь я хочу стать одним из твоих учеников, чтобы иметь возможность пить из источника Знаний и таким образом становиться все более и более продвинутым на тарикате — Мистическом Пути.
Бахауддин, вместо того чтобы прямо ответить на вопрос, велел принести обед.
Когда было принесено блюдо с рисом и жареным мясом, он начал ставить перед гостем одну полную тарелку за другой. Затем он дал ему фрукты и пирожные. Затем велел принести ещё плова и различные другие блюда: фрукты, салаты, сладости.
Сначала этот человек был польщён, и поскольку Бахауддин проявлял явное удовольствие при каждом глотке, который делал гость, то он ел столько, сколько мог.
Когда темп его еды замедлился, суфийский шейх выказал признаки очень большого неудовольствия, и, чтобы избежать его раздражения, несчастный человек добросовестно съел ещё одно блюдо.
Когда он уже не мог проглотить ни одного зёрнышка риса и в ужасном неудобстве откинулся на подушки,
Бахауддин обратился к нему со следующими словами:
— Когда ты пришёл навестить меня, ты был настолько же полон непереваренными учениями, насколько ты теперь полон мясом и рисом. Ты чувствовал неудобство, а поскольку ты не привык к духовному неудобству реального вида, ты интерпретировал его как голод к дальнейшим знаниям.
Несварение желудка — вот твоё состояние.

Если померещился дьявол

Некий набожный человек, отличавшийся поразительной убеждённостью в том, что он воистину нелицемерно стремится познать истину, вступил на путь ученичества. Много испытаний довелось пережить ему как в духовной, так и в материальной жизни. Разные бывали у него учителя, да и времени он затратил немало.
И однажды, когда он пребывал в состоянии глубокого самосозерцания, ему вдруг почудилось, будто рядом с ним сидит сам дьявол.
– Прочь, изыди! – закричал он. – У тебя нет власти надо мной, ибо я иду по Тропе избранных!
Видение тотчас исчезло. Но мудрец, проходивший в эту минуту мимо, с грустью в голосе произнёс, обращаясь к нему:
– Увы, друг мой, вся лестница твоего пути опирается на слишком зыбкую почву, каковой служит твой непреодолимый страх, а также жадность и самовлюбленность. Но тебе все, же было даровано наивысшее из возможных для тебя испытаний.
– Я не понимаю тебя, – удивился тот.
– Всё очень просто, – ответил мудрец, – ведь этот «дьявол» был ангелом. А уж дьяволом ты его сам окрестил.