Три суфийских мастера

Суфийский мудрец сидел однажды в окружении своих последователей, когда некий посетитель, привыкший к придворному этикету, вошел и стал восхвалять учителя.
Ученики внимательно слушали, пока пришелец расточал комплименты.
Тем временем, в собрание вошел второй мудрец, послушал некоторое время, и затем обрушился с оскорблениями на первого мастера.
Посетитель в полном замешательстве удалился, в то время как первый мастер продолжал невозмутимо сидеть на своем месте, пока второй мудрец также не ушел.
Через некоторое время третий суфийский мастер вошел в собрание, и тут один из учеников знаком попросил разрешения задать вопрос.
- На вопрос ответит третий мастер, - сказал первый мудрец.
Тогда ученик спросил:
- Почему наш учитель подвергся поношениям со стороны второго мастера, ведь оба они занимают одинаково высокое положение, и наш учитель не заслужил таких оскорблении.
Третий мастер сказал:
- Человек этого мира, находясь здесь, наполнил атмосферу лживыми комплиментами.
Их эффект был настолько низменным, хотя сами комплименты таковыми и не казались, что необходимо было противопоставить им нечто столь же низкое, чтобы очистить от них атмосферу.

Уникальная формула

Один знаменитый учитель дал ученику формулу и сказал:
– Повторяй её, вставая утром, в полдень и вечером. До тех пор, пока ты останешься моим верным учеником, можешь быть уверен, что твои мирские дела и здоровье будут процветать.
Услышав это, другой последователь мудреца страстно захотел, чтобы ему было дано то же самое. Мудрец сказал ему:
– Прежде всего, это предписание избирательно, и не каждый может извлечь из него пользу. Во-вторых, даже если бы оно было необходимо тебе, то способ твоего обращения ко мне по этому вопросу делает невозможным дать тебе это.
Ученик сказал:
– Как бы я обратился к вам, если бы был в правильном состоянии?
Мудрец сказал ему:
– Гораздо более предположительно. Самого меня, конечно, мало волнует, каким образом ты обращаешься с просьбой. Это лишь совпадение, что грубость твоего обращения с целью получить что-то более материальное раздражила бы любого. Но ты мог бы узнать, исследуя своё поведение, которое не должно быть, ни грубым, ни заискивающим, что ум, подобный твоему, не может в данный момент работать с таким упражнением.