Суфий и рассказ о Хулагу

К суфийскому учителю пришли несколько человек различных вероисповеданий.
Они обратились к нему со словами:
- Примите нас в ученики, ибо мы видим, что в наших религиях не осталось никакой истины, и уверены, что то, чему учите вы, является единственно верным путем.
Суфий сказал:
- Разве вы не слышали о монгольском хане Хулагу и о его вторжении в Сирию? Позвольте мне рассказать вам об этом.
Ахмад, визирь багдадского халифа Мустасима, пригласил монголов вторгнуться во владения его господина. Когда Хулагу одержал победу в битве под Багдадом, Ахмад отправился к нему за наградой.
Хулагу спросил:
- Ты пришел за наградой?
И визирь ответил:
- Да.
Хулагу сказал ему:
- Ты предал своего господина и все же ждешь, что я поверю, будто ты будешь верен мне.
Он приказал повесить Ахмада.
- Прежде чем просить кого-то принять вас, спросите себя, не потому ли вы просите, что не последовали путем вашего собственного учителя. Если вы удовлетворены таким положением, тогда приходите и проситесь в ученики.

Три ясновидца

Шли как-то по земле три суфия, и были они столь наблюдательными и мудрыми, что все называли их ясновидцами.
Однажды, во время одного из многих странствий, повстречался им на пути погонщик верблюдов. Завидев путников, он кинулся к ним.
– У меня пропал верблюд, – выпалил он, уставившись на них выпученными глазами. – Вы его не видели?
– Он слеп на один глаз? – спросил один из путников.
– Да, – ответил погонщик.
– И зуба спереди у него не хватает, – добавил другой.
– Да, да…
– А ещё хромает, да? – спросил третий.
– Да, да, да, – обрадовался погонщик.
Тогда все трое указали ему в ту сторону, откуда они шли, и сказали, что он может надеяться найти пропавшего верблюда.
Погонщик, решив, что старцы видели его верблюда, устремился по указанному пути, даже не поблагодарив путников. Но верблюда он не нашёл и подумал, что неплохо бы снова поговорить с ясновидцами, быть может, они подскажут ему, как поступить дальше. Он догнал их уже поздно вечером, когда путники расположились на ночлег.
– У твоего верблюда с одного бока висит бурдюк с мёдом, а с другого мешок с зерном, я не ошибаюсь? – спросил один из них.
– Да, – удивлённо ответил погонщик.
– Он везёт беременную женщину? – спросил другой.
И тут червь сомнения зашевелился у погонщика под сердцем, но, поколебавшись немного, он снова протянул:
– Да-а.
– Мы не знаем, где они, – закончил третий.
Теперь погонщик не сомневался, что именно эти трое украли и верблюда, и женщину, и всю кладь. Ослеплённый гневом, он поволок их в ближайшее село к судье и обвинил старцев в воровстве.
Судья, выслушав погонщика, решил, что дело тут очевидное, и приказал взять всех троих под стражу. Но спустя некоторое время погонщик всё-таки нашёл своего верблюда, который преспокойно пасся на каком-то поле. Вернувшись к судье, он упросил, чтобы ясновидцев отпустили.
Судья, поначалу не позволивший им даже слова сказать в свою защиту, принялся расспрашивать, откуда же им было известно столько подробностей о злополучном верблюде, хотя, и теперь это уже очевидно, они даже не видели его.
– Но мы видели верблюжьи следы на дороге, – ответил один из них.
– Один из отпечатков был очень слаб, отсюда мы сделали вывод, что он хромает, – добавил второй.
– Он обгладывал листы кустарника только с одной стороны дороги, следовательно, он был слеп на один глаз, – продолжил третий мудрец.
– Листья были расщеплены посередине, что указывает на отсутствие среднего зуба, – снова вступил первый.
– Пчёлы и муравьи собирались на разных сторонах дороги: мы увидели, что с одной стороны был пролит мёд, а с другой рассыпано зерно, – сказал второй.
– Мы нашли длинный человеческий волос на том месте, где верблюд останавливался и кто-то слезал с него, это была женщина, – сказал третий.
– На том месте, где она сидела, мы нашли отпечатки её ладоней, тогда мы и подумали, что она, видать, скоро должна разрешиться, коль ей приходится подниматься, опираясь на руки, – заключил первый.
– Но почему, же вы не потребовали на суде, чтобы мы выслушали ваши объяснения? – удивился судья.
– Просто мы подумали, что погонщик не оставит поисков пропавшего верблюда и скоро, быть может, найдёт его, – ответил первый ясновидец.
– А найдя его, он подумает, что с его стороны будет весьма благородным поступком добиться нашего освобождения, – сказал второй.
– Любопытство судьи не могло ускорить расследование, – сказал третий.
– Истина, установленная благодаря его собственным действиям, будет для него более очевидна и бесспорна, нежели наша попытка доказать, что мы были задержаны безо всяких на то оснований, – с достоинством прибавил первый.
– По опыту мы знаем, что люди более склонны верить истине, когда думают, что открыли её сами, – сказал второй ясновидец.
– А теперь нам пора в путь. Впереди нас ожидает ещё много трудов, – заключил третий.
И суфии ушли своей дорогой. Они и поныне пребывают в трудах, странствуя по дорогам земли